RESPECTUS PHILOLOGICUS 1(6), 2002

Конференция «Язык Пушкина» в Пушкинских горах (2–7 февраля 2002 года)

Проф. Элеонора Лассан, Вильнюсский университет

Накануне 105-й годовщины гибели первого поэта России в Пушкинских горах  состоялась международная научная конференция «Язык Пушкина», устроителями которой стали: Государственный музей-заповедник А. С.Пушкина «Михайловское» и Санкт-Петербургское Культурно-просветительское общество «Пушкинский проект».

По словам организаторов конференции, её цель состояла в том, чтобы свести под одной крышей лингвистов и литературоведов, работающих над общим объектом – текстами А. С. Пушкина, и продемонстрировать движение двух отраслей филологии навстречу друг другу. Осуществилась ли эта цель? И да и нет. Из тридцати шести заявленных в программе конференции докладов прозвучало только шестнадцать – остальные докладчики не приехали. И из прозвучавших шестнадцати только четыре доклада принадлежали лингвистам.

Вместе с тем в научном творчестве молодых ученых-литературоведов, а именно они задавали тон на конференции, проявилась явная лингвистическая тенденция изучения текстов: опора на ключевые слова, учёт синтаксических структур текста. Конечно, с позиций лингвистики ряд очень интересных по идее докладов терял в своём совершенстве оттого, что их авторы не прибегали к доказательности выдвинутых гипотез, ограничиваясь выражением права на субъективную точку зрения, заключенного в формуле «мне кажется», ставшей для многих научных дискуссий своеобразным риторическим клише. Вместе с тем нельзя не сказать, что именно научные амбиции молодых ученых («бородатых мальчиков» – так называли их умудренные опытом и сединами старшие коллеги) придали конференции особую атмосферу научного блеска, потока идей, остроты споров. Разумеется, праздником для участников конференции стало участие Бориса Михайловича Гаспарова – известнейшего современного лингвиста и литературоведа, автора книги «Язык Пушкина», «Язык. Память. Образ.», живущего ныне в США. Он говорил о знаках препинания и орфографии в черновиках Пушкина, за которыми – гамма чувств, обуревавших поэта. Кроме того Б. М. Гаcпаров провел мастер-класс – четырехчасовую лекцию-диалог со слушателями о шестой главе «Евгения Онегина», который он назвал «романом манер, поэтической исповедью, литературной полемикой». Были споры и с мастером, который продемонстрировал удивительное умение признавать сильные доводы оппонентов и не менее удивительное умение корректно не соглашаться с ними.

В конференции участвовал и известный русский писатель Михаил Николаевич Кураев, автор повести «Капитан Дикштейн», книг «Ночной дозор», «Путешествие из Ленинграда в Санкт-Петербург» и др. Его доклад – «доклад писателя», как он обозначил жанр своего выступления – открывал конференцию, а встреча с М. Н. Кураевым, как писателем, её заключала. М.  Кураев представил слушателям блокадные дневники простой ленинградской женщины, потрясшие аудиторию своей безыскусностью и высокой художественностью одновременно.

В конференции «Язык Пушкина» участвовали и литовские русисты-лингвисты: Э. Лассан и А. Диомидова. Доклад А. Диомидовой «Концепт тоска «в сцене из Фауста» А. С. Пушкина и переводах «Фауста» на русский язык» американский ученый Дж. Майклсон назвал очень тонким, а московский литературовед И. А. Есаулов – очень чётким. Доклад Э. Лассан «Пушкин и диалогические концепции языка» вызвал многочисленные вопросы и некоторое удивление литературоведов из-за своей, как сказал московский профессор С. Н. Бройтман, «нелингвистичности» и «философичности». Что ж, современная лингвистика опровергает некоторые устоявшиеся представления относительно её методов и возможностей.

В рамках конференции происходили не только научные заседания, но и многочисленные экскурсии по дорогим сердцу людей, причастным к русской культуре, местам: «Петровское», «Тригорье», «Михайловское» – эти музеи-усадьбы в сопровождении прекрасных гидов посетили участники конференции. Кроме того они побывали в деревне «Теребени», где увидели церковь Воскресения Словущего (18 век), построенную семьей Кутузовых, и удивительного «батюшку» – выпускника ЛГУ, художника-искусствоведа, оставившего мирскую суету и проводящего богослужение в присутствии двух последних старых прихожанок этой церкви.

Бытовая часть конференции была прекрасно обеспечена гостеприимным хозяином – директором музея-заповедника «Михайловское» Георгием Николаевичем Василевичем.

Конференция закончилась, но «Пушкинский проект» уже готовится к организации новых – об этом можно узнать на сайте www.ruthenia.ru

В заключение приводим список докладов, которые прозвучали на конференции:

М. Н. Кураев (Санкт-Петербург) Почему Пушкин перестал писать роман «Евгений Онегин»; Б. М. Гаспаров (Нью-Йорк, США) Пунктуация пушкинских рукописей: к проблеме поэтического голоса; С. Н. Бройтман (Москва) Слово «я» и «другого» в лирике Пушкина; О. Н. Гринбаум (Санкт-Петербург) Язык стиха Пушкина и жанрово-видовые конструктивы русского стиха (лирика и роман в стихах); И. А. Есаулов (Москва) «Милость» в языковой картине мира Пушкина; Э. Р. Лассан (Каунас), К. Люциньски (Кельце, Польша) Пушкин и современные диалогические концепции языка;  Ю. В. Доманский (Тверь, Россия) Подполковник И. Л. П., Граф Б***, Сильвио: источники антропонимики «Выстрела»; Р. Тайлор (США) Эволюция языка Пушкина и его современников в дружеских посланиях 1820-х годов; В. А. Геронимус (Москва) Языковые модели духовной оды в лирике Пушкина; А. В. Аполлонова (Москва) Универсальные модели олицетворения в поэтическом языке А. С. Пушкина; Дж. Майклсон (Лоуренс, США) Английские переводы пушкинского «Пророка»; А. Диомидова (Каунас) Концепт «тоска» в «Сцене из Фауста» А. С. Пушкина и переводах «Фауста» на русский язык; А. И. Иваницкий (Москва) О взаимообусловленности значений ключевых слов/мотивов в пушкинской лирике; Л. Ю. Большухин (Нижний Новгород, Россия) Мотив явления в структуре сюжета романа А. С. Пушкина «Евгений Онегин"; А. М. Потаповский (Москва) Таинственный язык пушкинских сказок: проблемы современного восприятия и расшифровки; Г. Л. Гуменная (Нижний Новгород, Россия) Традиция пушкинского жанра шутливой поэмы («Юлий Кломпус» Д. Самойлова).

[1] 2004 metų tęsinys: Mind, Language and Metaphor: Euroconference on Computational and Neuropsychological Approaches to Metaphor and Metonymy.

[2] Jei vertinsime mokyklas pagal apgintas disertacijas, tai šis įvykis simbolinis – ji trečioji. Pirmosios dvi: Irinos Melnikovos, ,,Religiniai-filosofiniai Levo Karsvino tekstai diskurs-analizės aspektu“ (1995), Natalijos Arlauskaitės, ,,Velimiro Chlebnikovo tekstų semantinės erdvės struktūra“ (1999).